Затерянное письмо 3
У него было ещё немного еды: потемневшей, жёсткой лососины, к тому же ещё и задубевшей от холода; Лафферт запил несколько с трудом пробившихся в горло кусков двумя глотками расплавленного им льда – ничего лучше он не пил уже месяц, а может и больше, кто знает, счёт времени давно для него потерян.
На западе, теперь уже возможно совсем недалеко, находилось побережье Горнхъярда, земли, всегда отличавшейся особо суровым климатом даже тогда, что уж говорить о сегодняшних днях. Столица Райарт была точкой пересечения многих торговых, и не только, путей: одинокие караваны таалей, шедшие из-за Хинта; торговцы из Кардума, главного города ярлов востока; наёмники Торна, для которых здесь всегда находилась грязная работёнка; просто воры, мошенники и убийцы всех мастей и национальностей. На скалистом побережье раньше было разбросано множество поселений, больших и не очень, но постепенно они исчезали – скудные, неплодородные края, со всех сторон открытые для набегов: молодые быстро отсюда уехали, а покинутые старики умерли, не в силах в одиночку справиться с голодом. Однако несколько городов сохранилось, здесь в основном разместились те, кто еще ходил за море - пока оно не покрылось льдом.
Но самое страшное было не в этом - а в том, что море похоже покрылось льдом очень быстро, в течении не более чем одного дня, и в итоге многие корабли и люди попали в плен, без всякой надежды на спасение. Казалось что духи мертвых бродили по льду, среди останков кораблей и искали кого нибудь, чтобы рассказать о своей вечной боли, о том, что произошло...
Лафферт подержался немного за балку, приходя в себя, проверяя устойчивость дрожащих коленей, и, кое-как отряхнувшись от вновь повалившего снега, двинулся вперёд. Впереди лежала когда-то такая знакомая, но неведомая теперь земля. Непонятные мысли всё ещё продолжали его преследовать: кажется, он смутно помнил, что слышал всё это где-то раньше, но никак не мог вспомнить где.
Им управляли боги. Они засели в его голове, передавая ему божественный код. Смысл всего этого было необязательно знать ему самому. Сейчас он был просто глазами, ушами и ногами.
